Стефани майер: «я не думала, что „гостью“ можно экранизировать»

Стефани Майер чуть ли не по мановению чудесной палочки превратилась из домохозяйки в известную писательницу, чьи романы о амурном треугольнике нежити с живой женщиной были так пользуются спросом голодными на эмоции детьми, что были выведены с книжных полок на широкий экран. Стефани деятельно принимала участие в создании «Сумерек» сперва как один из сценаристов, а позже и как продюсер. Набравшись мало опыта и прекрасно получив на вампирах, Майер в партнерстве с Меган Хиббетт организовала производственную компанию Fickle Fish Films, дабы, как отметила она в одном из интервью, помогать начинающим авторам — писателям, кинематографистам и сценаристам.

Роман «Гостья» в первый раз был напечатан в мае 2008 года, продержался в перечне лучших 26 недель и не имел возможности остаться вне поля зрения Голливуда. КиноПоиск встретился со Стефани Майер незадолго до выхода экранизации в широкий прокат, чтобы поболтать об истории, поведанной в книге, о проекте адаптации, и нюансах работы над ней.

Стефани встретила нас в помещении отеля Four Seasons в совсем простом и, возможно сообщить, домашнем виде: джинсы, рубаха навыпуск, две косы (тёмное с оранжевым) на плечах. Несложная, практически деревенская женщина с хорошей историей Золушки, в одночасье превратившейся в принцессу Голливуда только благодаря усердию и трудолюбию.

Стефани майер: «я не думала, что „гостью“ можно экранизировать»

— Стефани, поведайте, как появилась история «Гостьи».

— В то время, когда я веду машину и не могу просматривать, я обожаю говорить себе различные истории. Так произошло и сейчас. Я ехала из Аризоны в штат Юта, дорога была плохо изнурительная и неинтересная. Дабы как-то себя развлечь, я начала сочинять историю, как это делала фактически всю мою жизнь, еще перед тем, как начала их записывать.

Возможно, именно это в итоге и привело меня к писательству — любовь к сочинительству. (Смеется.) Я ехала и придумывала различные истории, ничего особенно не цепляло, но в какой-то момент показалась эта мысль. Я кроме того не знаю, что ее позвало. Я поразмыслила о том, что в одном теле смогут быть два различных сознания.

Это сосуществование может позвать какой-то конфликт, сложности, которые связаны с необходимостью уживаться совместно. Я тут же осознала, что это была настоящая мысль, которая в полной мере может превратиться во что-то в полной мере осязаемое. Остаток моей поездки я была сосредоточена на идее. Я пробовала вообразить мир, в котором история будет развиваться.

Вместе с этим рождались идеи развития сюжета, и я пробовала осознать, куда мне эту историю развернуть, в каком направлении, что она в себе несет, какую идея. К моменту, в то время, когда я подъезжала к Солт-Лейк-Сити, я имела возможность уже написать приблизительный замысел романа. В данной истории должны находиться инопланетяне, а не привидения. (Радуется.) Мне хотелось, дабы отличие между храбрецами, закрытыми в одном теле, была безотносительной.

Я думала о том, что две совсем различные индивидуальности должны будут отыскать какое-то ответ конфликта, появившегося между ними. Я сходу решила для себя, что нет ничего более чуждого для нас, чем инопланетное существо, исходя из этого и сделала вывод, что история будет о конфликте между землянами и инопланетянами.

— Для вас это пара новая территория, нет?

— Не совсем. Я постоянно любила научную фантастику, зачитывалась ею с детства. Мне неизменно весьма нравились Рэй Брэдбери, Айзек Азимов, Герберт Уэллс.

Всех не перечислить! Я большое количество путешествовала по мирам, созданным этими авторами. О вампирах я фактически ничего не просматривала, перед тем как начать писать историю Беллы и Эдварда.

Это была по-настоящему terra incognita для меня.

«Я постоянно любила научную фантастику, зачитывалась ею с детства»

— Мне показалось интересным, что в истории вы упрочнениями инопланетян устроили красивый мир на Земле, применяя все земные ресурсы, но не постарались отыскать баланс в существовании двух различных видов, инопланетян и землян.

— Моя история говорит о вторжении инопланетян, а не о переустройстве Почвы. Как раз вторжение, предполагающее полное уничтожение местных жителей методом замены их сущности (души) на сущности инопланетян. При таком раскладе борьба за выживание легко неизбежна. И конфликт в теле Мелани, куда вселяется Ванда, появляется сперва на данной земле.

Мелани не сдается, она пробует бороться с захватчицей изнутри. В этом сущность землян: мы постоянно будем бороться за собственный существование. Кроме того в случае если мысль перемены мира на Почва хороша сама по себе, но нас при этом не будет в том виде, в каком мы можем это понять, то ничего в таком случае для нас в этом нет привлекательного.

Сама мысль замещения коренного населения методом внедрения в их тела противоречит этому якобы прекрасному устройству и мирному, которое несут в себе путешествующие по вселенным инопланетные сущности, не имеющие физических тел для выживания в природных условиях видящихся на их пути планет.

— Роман «Гостья» — это достаточно приличная по количеству книга, перевоплощённая в сценарий, она ужимается до квинтэссенции фактически. У вас не не редкость ощущения, что что-то теряется при переводе в сценарий?

— Мы утратили около 500 страниц при переводе в сценарий. (Смеется.) В этом имеется минусы и плюсы. Ты жертвуешь пятью сотнями страниц истории, какими-то храбрецами, населяющими эти страницы. Эти храбрецы не покажутся на экране, и те, кто не просматривал книгу, ни при каких обстоятельствах о них не определят, не смотря на то, что персонажи, возможно, стоят внимания.

Но наряду с этим ты все же приобретаешь вместо что-то не меньше полезное. Эндрю на данный момент, к примеру, создал новый мир для моих храбрецов, в случае если сказать о визуальном нюансе. Я считаю это собственного рода подарком. Эндрю добавил в придуманный мной мир подробности, каковые визуально его обогатили.

Я же этих подробностей не видела и не имела возможности видеть. Эндрю должен был иметь дело с действительностью, а я оперировала воображением, где любой может дорисовать что-то собственный в ходе чтения. Либо, к примеру, Сирша.

Она добавила кое-какие подробности в темперамент собственных героинь. Ее Мелани и Ванда не совсем те, кого я видела, в то время, когда писала. В сценах показались чувстве, которых я не имела возможности предвидеть, и это презент, осознаёте?

Презент от создателей фильма, вдохнувших действительность в фантазию. Они создали дополнительный уровень в истории, которую придумала я. Так что в этом обмене имеется большое количество хороших сторон. Еще со времени работы над «Сумерками» я увидела: чем больше людей ты впускаешь в мир собственных историй, тем богаче она делается.

За это я буду признательна кинематографу вечно.

— Время от времени случается так, что фильм изрядно меняет уникальную историю, вводя дополнительных храбрецов, каковые могут быть незнакомцами для автора. Не редкость так, что адаптация причиняет боль автору?

— я точно знаю, что такие обстановки бывают. И они кроме того неизбежны, в особенности в случае если создатель не принимает активного участия в работе над фильмом. В отечественном же случае обстановка была другой. Я была органичной частью процесса создания фильма, трудясь над ним в качестве продюсера.

Эндрю весьма аккуратно отнесся к исходному материалу, в то время, когда писал сценарий, и каждое новое дополнение либо изменение мы обсуждали совместно. Так что во многом данный новый мир, что создал Эндрю, — это все тот же мой мир, и трансформации в нем были сделаны с моего благословения. Я соглашалась с аргументами Эндрю, и мы поменяли что-то совместно.

Позже показались актеры, каковые стали вносить изменения и свои дополнения. Мы трудились все совместно, и я была скорее взволнована возможностью заметить некую альтернативу тому миру, что создала я в книге. И я не была разочарована нисколько.

«Я была на площадке ежедневно»

— Это была ваша мысль сделать фильм на базе романа?

— Нет. Я не считала, что данный роман возможно было приспособить для экрана. Мне казалось, что роман был в собственном роде враждебно антивизуальным. (Смеется.) Все происходит в главном в героини, все диалоги между персонажами вслух по большому счету не произносятся. Мне казалось, что это перенести на экран никак не окажется. Но Ник Уэкслер, продюсер, встретился со мной и заявил, что возможно постараться что-нибудь придумать.

Я совсем не верила в  том, что это окажется, но он убедил меня в итоге, что стоит попытаться. С возникновением Эндрю все стало как-то проясняться. У него было так ясное и приемлемое видение того, каким должен быть фильм, что я уже не сомневалась.

Он весьма визуальный режиссер с внимательным отношением к подробностям. Он поведал мне, каким видит мир отечественных храбрецов, и все, что он сказал, имело суть. Мы сделали вывод, что будем делать фильм, но нам необходимы были хорошие актеры, каковые имели возможность бы сделать все полностью точным.

Я заявила, что в случае если нам повезет отыскать таких актеров, то в целом это совсем не такая уж нехорошая мысль.

— Вы сценарий писали вместе с Эндрю?

— Нет, он сам написал сценарий. Я только просматривала написанное и делала замечания, где требовалось. У нас не было разногласий в ходе. Для меня это был весьма приятный процесс. На самом деле обговаривались лишь мелочи, какие-то подробности, а по сути изложения истории мы были полностью согласны.

Я могу определенно заявить, что взяла огромное наслаждение от работы с ним. Да, возможно, вы правы, это в полной мере возможно назвать совместной работой, но львиная часть в ней в собственности все-таки Эндрю. Я принимала участие лишь в качестве консультанта, в случае если желаете.

— В чем заключалось ваше участие как продюсера?

— Я была на площадке ежедневно. Я прочла фактически каждую версию сценария. Я была вовлечена во все решения, касающиеся выбора актеров. Кроме того не знаю, как полнее растолковать участие продюсера в съемочном ходе. Я была вовлечена в проект с первого дня его разработки и до последнего дня съемок, и мало в процесс монтирования фильма. Мне было приятно, что консультации со мной, автором истории, были серьёзны и на протяжении монтажа фильма.

Так что это не было легко для строки в титрах. Я трудилась на всех этапах создания фильма.

— Вы сходу выбрали Сиршу Ронан либо учитывали и вторых актрис на эту роль?

— Отечественная история не есть подростковой романтической новеллой, как «Сумерки», где речь заходит о первой любви, которая в большинстве случаев случается как раз в подростковом возрасте, кроме того раньше 17 лет. Тут мне нужна была актриса старше. Я считала, что ей должно быть где-то в пределах 30 лет.

Мне хотелось, дабы между этими двумя проектами, основанными на моих книгах, была отличие, дабы они не воспринимались аналогичными. Мне принципиально важно было различие между ними, исходя из этого и в книге я не показывала конкретный возраст, но это как бы подразумевалось, что Мелани уже не девочка. Эндрю смотрел за карьерой Сирши с самого ее начала, и он полностью уверенный в ее гениальности.

Я же видела ее лишь в «Милых» и «Искуплении костях» и полагала, что она через чур молода для данной роли. Возможно, разве что в той части, которая представлена Вандой. В Сирше имеется что-то неземное практически, умиротворяющее. Мелани же, с второй стороны, борец, в ней имеется непоколебимость человека, уверенного в том, что она делает. Я не была уверена, что Сирша — это та, кого мы ищем.

Но Эндрю сообщил мне, что я обязана взглянуть «Ханну». Я взглянула — и Сирша меня поразила! Эта девочка может играться все!

В ней столько внутренней силы! От нее нереально оторвать взор. И ей нереально не верить. Ее Ханна — это и правда идеальное оружие, в ней чувствуется суровость и жёсткость.

Она в полной мере способна убить. У меня не было больше сомнений. Сирша — это актриса как раз того уровня, что нам был нужен.

Мы прекратили искать и сосредоточились на том, чтобы получить ее в отечественный проект, заинтересовать ее сложностью роли. Мы все набрались воздуха с облегчением, выяснив, что она дала согласие трудиться в отечественном фильме, прочтя сценарий. Продолжительно уговаривать либо убеждать ее не было нужно, к счастью.

— Как происходил другой отбор актеров? Вы искали громадные имена?

— Нет, я не имела в виду актеров с именем, в то время, когда сказала о том, что нам были необходимы хорошие актеры. Нам необходимы были специалисты, превосходно опытные собственный дело. И это выяснилось нелегким делом. Мы совершили большое количество проб, разыскивая ребят, каковые имели возможность бы вписаться в неспециализированный ансамбль.

В то время, когда ты видишь на экране Сиршу, то не подмечаешь больше никого. Нам необходимы были партнеры, которых она бы не затмевала, каковые имели возможность бы держать отечественное внимание и на них, в то время, когда это требуется. Это была весьма непростая задача, как вы осознаёте. Я обратила внимание Эндрю и Ника на Джейка, которого видела в различных фильмах, где он был во второстепенных ролях, но приковывал к себе внимание. Ему постоянно удаётся продемонстрировать развитие храбреца. Он не остается тем, кем был в начале повествования.

Это уровень качества было крайне важно, дабы верно сыграть Иэна. Я внесла предложение его на роль Иэна, а для роли Джарреда Эндрю отыскал Макса, о котором я фактически ничего не знала, помимо этого, что он сын Джереми Айронса. (Смеется.) Они оба держат на себе внимание, в то время, когда наблюдаешь на экран. К тому же у них обоих сходу появилось внутренне согласие с Сиршей, причем у каждого собственная.

И это было легко поразительно, так как у Иэна и Ванды были совсем иные отношения, чем у Мелани и Джарреда. Дайан Крюгер совсем совершенно верно отвечала всем отечественным требованиям, относительно нее сомнений ни у кого не было. И, конечно же, Уильям Хёрт!

Нам не необходимы были пробы для данной роли, нам было необходимо лишь его желание быть частью проекта.

— Вы планируете работатьнад «Гостьей»? Я просматривала, что вы планировали трилогию.

— Я над этим на данный момент и тружусь — над продолжением. Я не знаю, будет ли трилогия. В самом начале у меня была концепция на три романа, но я буду знать больше, в то время, когда закончу второй. Ты помой-му неизменно совершенно верно знаешь, в каком направлении движется твоя история и как она обязана закончиться, но в какой-то момент она может забрать и развернуть в повести и другом направлении тебя за собой. Исходя из этого я не могу с точностью заявить, что будет трилогия.

Посмотрим, что окажется во второй части.

— Работа в вашей компании над продюсированием фильмов, работа над романом — как вам удается балансировать между этими занятиями, не рассеивая внимание?

— Я осознаю, что нереально все это делать в один момент. Я не могу писать, в то время, когда я занята проектом фильма. В будущем я сохраняю надежду быть продюсером, которому не необходимо проводить все время на площадке либо принимать участие в кастинге.

В обязанности продюсера входит множество другой работы, каковые в полной мере возможно решать, не выходя из собственного домашнего офиса. (Радуется.) Для работы на площадке имеется партнеры! Я говорю о проектах, каковые буду завлекать извне, не мои личные, само собой разумеется. Но в случае если я буду снимать мои истории, то, само собой разумеется, сосредоточиться придется лишь на этом, тут я вряд ли захочу пропустить небольшую подробность.

Но я так же, как и прежде все-таки предпочитаю писать. Тут у меня полная творческая свобода и никаких ограничений. Работа в кино дала мне возможность общения с множеством увлекательнейших людей.

Социальная составляющая этого процесса легко неповторима. Ты иногда так как устаешь от общения лишь с твоими мнимыми храбрецами, хочется и общения с живыми людьми! (Смеется.) Исходя из этого я буду обучаться балансировать между этими двумя занятиями, доставляющими столько эйфории.

Создатель Наталья Хиггинсон

Джойс Майер: Сила и обетование Божьего Слова


Темы которые будут Вам интересны: