Живое и нарисованное

Умные очки, в которых мир будет наблюдать трехмерный «Ледниковый период» – лишь эпизод в истории анимации, знавшей и рисованный звук, и прицел от зенитки.

Для анимации век кино – еще один эпизод в ее истории, значение которого не нужно переоценивать. Да, последние сто лет она – верный попутчик кинематографа, но отмените камеры и пленку, эффекты и 3D, и анимация все равно останется. Нарисовал прыгающего человечка в углу книги, на следующей странице нарисовал другого, третьего, 10-го, скоро пролистал, и пожалуйста – готовая анимация.

Не говоря уже о других устройствах в ее ассортименте: стробоскопах, зоотропах, фантоскопах, косморамах, волшебных фонарях и пр.

Станут ли таким же устройством умные поляризационные очки, в которых вы станете наблюдать трехмерный «Ледниковый период 3»? Посмотрим. Но похоже, что к человечку в книге анимация будет возвращаться всегда в целях хотя бы самосохранения. Мы проследили за цепочкой главных изобретений в анимации, сделанных за последние сто лет, и поняли, что еще чуть-чуть, и настоящий мир совсем сольется с нарисованным.

Мультиков в ветхом смысле слова просто не станет. А мультиков весьма хочется.

Что случилось около кабинки?

Хороший рисованный мультфильм, каким мы его знаем, появился из праксиноскопа Эмиля Рейно – устройства для рассматривания картинок, нанесенных на бумажную ленту, прикрепленную к вращавшемуся барабану (либо диску). Сначала изображение отражалось в зеркальце, позже Рейно усовершенствовал конструкцию так, что анимированные кадры проецировались на экран, наконец – перенес картинки на целлюлоидную ленту хорошего формата 35 мм и начал давать представления в собственном «Оптическом театре», где в первой половине 90-ых годов XIX века и был продемонстрирован первый анимационный фильм с более-менее законченным сюжетом – «Около кабинки».

Так, анимация перекочевала из разряда камерных аттракционов в мир кино. Американцы Джон Рэндольф Брэй, братья Флейшер, Уолт Дисней, японцы, разработка «флэш» только ставили эту разработку на поток, не прибавляя к ней ничего принципиально нового.

Тайная судьба вещей

Через пара лет Джон Стюарт Блэктон и Альберт Э. Смит, применяв эффект иллюзии перемещения,  в то время, когда ненадолго они отключили камеру и небрежно передвинули объект съемки, сделали первый кукольный мультфильм «Humpty Dumpty Circus». По данной схеме, с того времени кроме этого принципиально не изменявшейся, трудились и работаютВладислав Старевич, Иржи Трнка, Ян Шванкамайер, Тим Бертон, Ник Парк и большое количество кто еще.

Думается, тут ничего уже нельзя изобрести, но немцы Петер Фишли и Давил Вайс изобрели: в случае если в кукольной анимации перемещение вещей – иллюзия, созданная человеком для человека, то в «Жизни предметов» вещи, и энергии и стихии, живут собственной судьбой сами. Также анимация, но без людской души.

В отыскивании игольчатого носа: Александр Алексеев

До тех пор пока мэйнстримовая анимация, пускай и бурно развивавшаяся, практически нарезала круги около одной и той же кабины из фильма Рейно, экспериментаторы на месте не сидели и искалиновые методы оживлять картины. И, что самое необычное, обнаружили.

На свет оказались необычные, изысканные разработки, такие, как игольчатый экран, придуманный в первой половине 30-ых годов двадцатого века во Франции русским эмигрантом Александром Алексеевым – плоскость, покрытая сотнями тысяч дырочек, из которых выдвигаются, создавая разнообразные конфигурации, маленькие железные стержни (разработку см. тут) . Изображение появляются из игры света и тени, напоминая то ожившую картину, то отпечаток сна на слое графитового порошка. На игольчатом экране Алексеев оживил, кроме другого, «Картины с выставки» Мусоргского и гоголевский «Шнобель». Графические сцены из «Процесса» Орсона Уэллса – кроме этого его работа.

Театр теней Лотты Райнигер

В один момент с Алексеевым еще один другой способ анимации – силуэтный – внесла предложение немка Лотта Райнигер, что, но, был прекрасно забытым театром теней.  Применяв вырезанные из бумаги фигуры, Райнигер сделала на студии УФА полнометражный мультфильм «Приключения принца Ахмеда», пара сказок и пара документальных фильмов про собственный способ и саму себя.

Двойная судьба анимации: ротоскоп

Ротоскоп – устройство, разрешающее переводить «живое» киноизображение в мультфильм – был изобретен Максом Фляйшером в 1915 году, и достаточно деятельно эксплуатировалось на студиях Диснея, где с его помощью были сделаны «Золушка» и «Белоснежка и семь гномов», а также в советской анимации 30-50-х годов («Вечера на хуторе недалеко от Диканьки», «Сказка о рыбке и рыбаке», «Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях», «Каштанка», «Аленький цветочек» и др.). Для отечественных аниматоров ротоскоп был поручителем настоящего соцреализма – тут само орудие производства как бы обеспечивало, что живописцев не посадят «за формализм в мастерстве».

По большому счету, история данной занимательной техники оставляет чувство потерянных возможностей. Как-то оживить интерес к ротоскопу пробовал Ричард Линклейтер, сделавший в данной технике целых два полнометражных фильма – «Помутнение» по роману Филипа Дика и «Пробуждение судьбы». Попытку оценили, но больше ротоскопом никто не вдохновился.

Рисованный звук вороны

В 1930-м в Ленинградском научно-исследовательском кинофотоинституте создается «лаборатория мультзвука», где команда энтузиастов под управлением математика-Арсения и музыканта теоретика Авраамова создала собственную концепцию «рисованного звука», потом использованную при создании первого (и, думается, единственного) в мире оптического музыкального синтезатора АНС (взглянуть на него возможно в столичном Музее музыки). Итогом стал мультфильм «Танец вороны», и все это так бы и осталось какое количество советской заумью, но…

Музыка сфер: бескамерная анимация, рэйограмма, «чистое кино»

….разработка «рисованного звука» была детально обрисована в книге «мультфильм » изданной в СССР в 1936, которую детально изучил а также перевел шотландец Норман Мак-Ларен – будущий классик экспериментальной анимации. В 40-х Мак-Ларен деятельно разрабатывал способ бескамерной анимации, создавая изображение, а потом, изучив способ рисованного звука, и рисуя саундтрек конкретно на пленке.

По тому же пути шел авангардист Ман Рей, выкладывая на пленку разные предметы, другими словами соединяя способ кукольной анимации, анимации и фотограммы бескамерной. За «Мерцающую вакуум» (действительно, уже без рисованного звука) МакЛарен взял Гран-при в Каннах в 1955-м.

В истории дружбы анимации с кинематографом 30-50-е, в то время, когда она создавала на пленке личные неосуществимые миры игольчатыми стержнями и рисованными звуками, остаются самым необычным периодом. Позже придет компьютерное моделирование.

Начало финиша: лумиграф, рождение и зенитка CGI

Рисованный звук, рейограммы, бескамерная анимация – вся эта hand-made экзотика не от мира этого потом вылилась в вещи прибыльные и необходимые в хозяйстве, другими словами нынешнюю индустрию СGI – машинно-генерированных образов. Следующий ход к созданию виртуальных миров, но уже c помощью автомобилей, сделал Оскар Фишингер, выстроивший в конце 40-х лумиграф – прибор для получения световых эффектов (заметить, как он функционирует возможно в «Путешественниках во времени», фильме 1964 года (Взглянуть возможно тут ). И папа CGI – computer generated imagery – Джон Уитни, в 50-х программировавший изображения посредством оптического прицела зенитного орудия М-5, переделанного им в аналоговый оптический компьютер.

Экспериментальные результаты собраны Уитни в фильме «Каталог» (1961). Эти цветовые разводы вдохновили гуру эффектов Дагласа Трамбалла на финальный психоделический полет в «Космической Одиссее 2001». В первую очередь 60-х Уитни разрабатывает графические эффекты уже на цифровых устройствах и делается первым живописцем, трудящимся в штате IBM.

Первая компьютерная анимация: Кошка Константинова

Ожившая криволинейная геометрия – это замечательно, но как-то… мёртво. Для рождения компьютерной анимации в полном смысле слова необходимо было сделать решающий рывок – смоделировать на компьютере поведение объектов из настоящего мира. Продолжительное время считалось, что первым, кому это удалось, был Петер Вальдеш, сделавший пара компьютерных мультиков с «живыми» существами в начале 70-х. (Взглянуть возможно тут ). Сравнительно не так давно пальма первенства перешла советскому математику Николаю Константинову, создавшему математическую модель кошки и сделавшему на ее базе мелкий мультфильм аж в 1968-м.

Рождение 3D: Чайник Ньюэлла

Живое и нарисованное

В 1975 году программист из группы компьютерной графики Университета Юты Мартин Ньюэлл, возвратившись к себе по окончании трудового будня, выпивал чай со своей супругой, ломая голову, какой прекрасно узнаваемый объект оптимальнееподойдет для математической модели, обрисовывающей трехмерные объекты. Супруга внесла предложение Ньюэллу смоделировать их скромный чайный сервиз, и через пара дней на свет показался виртуальный заварной чайничек, из которого, фактически говоря, и разливается сейчас так называемый 3D-рендеринг – вычислительный процесс, лежащий в базе компьютерной трехмерной анимации.

Ньюэлл принимал участие в разработке еще одного ответственного метода, решающего проблему, какие конкретно части семь дней объектов должны быть видимыми, а какие конкретно – скрытыми (в виртуальной вселенной такие вещи необходимо все время оговаривать). Иначе говоря в случае если разложить «Ледниковый период 3» на базисные составляющие, окажется довольно много заварных чайников и одна инструкция, растолковывающая компьютеру, из-за чего зрителям нельзя показывать, сколько в чайниках лежит заварки, не поднимая крышек. И все это придумал Ньюэлл.

Аниматика и датчики перемещения: что дальше?

Трехмерная анимация, заваренная в мелком чайнике тридцать лет назад, соединила рисованную анимацию с кукольной, шедших любая своим методом. Идеологически 3D-анимация близка и к театру кукол, и к мастерству графики, и до изобретения компьютера никто кроме того в мыслях не имел возможности себе представить, что когда-нибудь их смешают до полного неразличения в одном флаконе. Десять лет назад, в то время, когда стала деятельно развиваться разработка  motion capture – «захват перемещения», в воздухе снова повеяло чем-то новым.

Гипотетически motion capture предоставляет неограниченные возможности по манипуляции изображением, в то время, когда не нужно создавать никаких моделей: сканировал перемещения статистов в трехмерной среде, и делай с оказавшимися аватарами все что угодно. Ветхий хороший  ротоскоп, лишь заточенный под трехмерные мультфильмы. Модель действительности, неотличимая от действительности.

В играх сканирование по датчикам перемещения употребляется весьма деятельно. В кино (либо все-таки анимации? либо, как выкрутились из положения – аниматике?) до тех пор пока что редко. Да и те примеры, где употребляется – «Беовульф», «Реннесанс», «Последняя фантазия» и «Полярный экспресс» – говорят скорее, что живописцы взяли в руки замечательный инструмент, которым не знают, как толком распорядиться.

Не так ли было и с чайником Ньюэлла? Быть может, но, что дело движется к решающему синтезу всего и вся, виртуального с настоящим, рисованного с живым, за что на Кинофестивале в Каннах дадут наконец Гран-при, как дали когда-то Норману МакЛарену.

\


Темы которые будут Вам интересны:

Вам понравиться