Андрей пшеницын: дискутировать с федералами будем, умеем и не боимся — «новости челябинска»

Более 20 лет в профессии и более семи лет – в ответе за финансы Челябинской области. Андрей Пшеницын поведал Агентству новостей «Доступ», как регион закончит этот год, что ожидает южноуральцев в 2017, и еще раз прояснил обстановку с проверкой Счетной палаты.

Андрей пшеницын: дискутировать с федералами будем, умеем и не боимся - «новости челябинска»

— Андрей Вадимович, согласно данным Росказны, за 9 месяцев 2016 года у Челябинской области появился профицит в 3,2 млрд рублей.

— Профицит – это значит, что доходов мы взяли больше, чем израсходовали за данный период.

— А из-за чего так оказалось?

— Да по причине того, что и доходы, и затраты приходят несвязанно. Смогут доходы запаздывать, а время затрат уже настало. Возможно и напротив: доходы идут-идут, а время затрат еще не наступило. Исходя из этого до окончания года сказать о фактическом профиците либо недостатке как минимум некорректно. В большинстве случаев мы говорим о прогнозах, каковые складываются на ту либо иную дату.

И по сей день у нас имеется прогноз до Января этого года – вот он самый правдоподобный и возможный.

— А давайте его озвучим…

— А давайте. Прогноз таковой: недостаток у нас, в итоге, вместо рассчетных 8,7 млрд будет, по самым пессимистичным прикидкам, четыре – максимум пять миллиардов. И это связано с хорошим поступлением налога на прибыль.

Само собой разумеется, это думается парадоксальным, поскольку всем как мы знаем, что производство, а также металлургия, на данный момент уже не на подъеме. Но рост прибыли связан с валютной выручкой. Для тех, кто интересуется публичными финансами и и осознаёт эту тему, поясню: в случае если у нас начальный бюджет 2016 года был в размере 91 млрд собственных налоговых и неналоговых доходов, то уточненный, в редакции октября, уже 103 милларда.

По отечественным прогнозам, год закончим достаточно хорошо. Это разрешит нам уменьшить долговую нагрузку на регион. Мы планировали покрывать недостаток за счет привлечения банковских кредитов.

Но раз нам пригодится не 8,7 млрд, а четыре, мы меньше займем – в итоге меньше пригодится на обслуживание, и в будущих периодах у нас еще будет возможность занимать.

— Поясните, прошу вас, что за возможность. Кто может нам запретить занимать?

— У нас соглашением с Министерством финансов России установлена планка: государственный долг субъекта не может быть более 50% от собственных доходов. Кое-какие говорят: не нужно экономить, нужно полностью применять возможности по покрытию недостатка. Забрать и занять все нужные миллиарды, покрыть недостаток, а допдоходы направить на новые развитие и расходы области. Но я тут прошу осознать вот что: когда мы накопим 50% долга, то больше не сможем занимать.

Тогда нам нужно будет формировать бюджет без дефицита. И те, кто предлагал кредитоваться «по полной», первыми же почувствуют дефицит денег – затраты нужно будет резать и резать. Исходя из этого нам удачнее все-таки оттягивать, сколько возможно, наступление этого запрета на займы – в случае если, само собой разумеется, не появится острейшей необходимости.

Я вам больше сообщу. Все забывают, что в то время, когда мы придем к бездефицитному бюджету, то от долгов прекрасным образом избавимся, а избавимся только от их наращивания. А дабы и долги провалились сквозь землю, нужно будет вырабатывать профицитный бюджет, чего кроме того в ужасном сне никто неимеетвозможности себе представить. А вот Вологда уже второй год это делает, их уже вынудили, по причине того, что они собрали больше 100% долгов – им на данный момент не достаточно кроме того на самое нужное, по причине того, что они вынуждены выделять деньги на погашение кредитов.

А брать взаймы уже запрещено.

Вот исходя из этого я полагаю, что отечественная политика, в то время, когда живем по средствам и завлекаем заемные средства, лишь в то время, когда это очень сильно нужно, самый взвешенная.

— Андрей Вадимович, какой сейчас у нас государственный долг?

— На 1 ноября часть обязательств по отношению к налоговым и неналоговым доходам у Челябинской области образовывает 27,1%. В натуральных числах это 27 млрд 953,5 млн рублей. Из них коммерческие займы – 4,3 млрд, бюджетные кредиты – около 9 млрд. Другое – госгарантии, так именуемые условные обязательства, каковые нужно будет исполнять лишь при наступлении гарантийного случая.

А с нами для того чтобы еще не случалось: мы уверены в фирмах, за каковые поручились, и спокойны за бюджет области.

Так вот, получается, часть коммерческих кредитов довольно собственных доходов региона на начало ноября образовывает всего 4,2%. В октябре она была 13,4% – и все равно область пребывала на 64 (!) месте в Российской Федерации по этому показателю.

— Но тогда мне опять неясно, а в чем сущность «наезда» Счетной палаты-то была?

— Сходу выделю: никакого конфликта нет и не было, как не было и «наезда»– все это полностью рабочие моменты.

— А как тогда расценивать Ваш таковой эмоциональный комментарий – про экстрасенсов, отсутствие компетенции, в том месте кроме того обида какая-то слышна…

— Эмоциональный фон – уж простите – был спровоцирован во многом средствами массовой информации. Ваши сотрудники разразились громкими заголовками: «Челябинская область взяла замечание из-за роста долгов», «Губернатора пожурили за расточительность» и без того потом. Именно в публикации Счетной палаты этого не было! Вот данный «свободный перевод» информации СП и побудил дать максимально полный комментарий.

А чувств добавили, дабы не смотрелось, словно бы мы оправдываемся, тем более ни для нас, ни для губернатора в данной информации ничего нового не было – инспекция трудилась, у нас были подписаны протоколы разногласий, каковые передали представителям Палаты. Самое необычное, что инспекция, которая была у нас, занимается банковской деятельностью и банками и никакого отношения к бюджетным правоотношениям не имеет. Проверяющиесформировали программу проверки, где, а также, указали вопросы, изначально противоречащие действующему бюджетному законодательству.

Мы просились на коллегию, но нам сообщили: у вас нет нарушений, исходя из этого мы вас не кличем. А позже дали данные в массмедиа с пара смещенными выговорами.

И еще, пускай нескромно на данный момент сообщу, но в то время, когда меня внезапно публично начинают одергивать по поводу того, что мы против Татьяны Алексеевны Голиковой (глава СП РФ. – Прим. АН «Доступ») что-то тут вякаем, то это, честно говоря, необычно как-то. Я с 1995 года тружусь в администрации Челябинской области, 17 лет тружусь в управлении денежного органа, из них семь лет – начальником. Это раз.

Во-вторых, как раз Татьяна Алексеевна для меня непререкаемый авторитет. В то время, когда она была в управлении Министерства финансов и формировала бюджет страны, мы обучались у нее лучшим практикам. И по сей день продолжаем учиться.

Потому-то мы и желали попасть на коллегию СП, дабы как раз Татьяна Алексеевна услышала все отечественные эти и сравнила их с выводами инспекции. Но нас лишили данной возможности. Я уверен, показались бы вопросы – причем не к Министерству финансов Челябинской области, а к инспекции…

Возвращаясь к государственному долгу, сообщу: на первый взгляд, «около 30 миллиардов долга» звучит, само собой разумеется, плохо, но давайте посмотрим на всю территорию страны – и станет ясно, что у Челябинской области все весьма кроме того хорошо. По темпам роста коммерческих займов нас опережают 32 региона, но ни в один из них инспекция СП не приехала. Про низкий уровень закредитованности я уже сказал – мы на 64-м месте по стране, и нам до долговой нагрузки большинства регионов еще ой как на большом растоянии.

Исходя из этого мы объективно не осознавали и не понимаем, из-за чего эта инспекция сделала нас объектом проверки.

А вдруг хотелось на Урал съездить – так вот видите Свердловскую область (часть коммерческих займов – около 35% от собственных доходов, 44 место по России), Курганскую (60,81%, 14 место)… Кстати, эксперты как раз Челябинской области включены в коммисию Министерства финансов России по оздоровлению денежной совокупности Курганской области – через несколько дней едем помогать Кургану.

Так что все довольно.

— Поясните, прошу вас, обстановку с применением депозитовдля повышения финансовой массы (об этом сказал местный политолог Сергей Зырянов). Министерство финансов открывает кредитные линии, не известно почему сходу не пускает их в воздействие, отправляет на депозит, получая на процентах, но и лишаясь средств за пользование линиями (обслуживание). В чем бюджетная эффективность от таковой сиюминутной сверхприбыли, таких операций?

— Все достаточно легко в действительности. Еще раз растолковываю. Мы, как выяснилось, открыликредитные линии в весьма верное время – в сентябре 2014 года. Линии долговременные – до весны 2015 года и под 11% годовых. Мы открываем их на всякий случай, к примеру, в случае если внезапно появятся срочные возвраты.Наступил декабрь 2014 – ставки страшно подлетели.

Потому, что мы все равно прогнозировали на 2015 год дефицит бюджетных средств, то, само собой разумеется, имели возможность занять деньги ближе к данной нехватке – к примеру, в августе 2015 года. Но мы их забрали раньше, в начале года, и положили на депозит. Мы не могли ни инвестировать, ни израсходовать эти кредиты, по причине того, что они необходимы были в августе.

Ну, а благодаря тому, что мы их положили и не трогали, получили 302 миллиона. А это, на минуточку, 355 квартир для сирот.

Что касается догадок о утрата средств на обслуживание линий – это какое-то недопонимание. Платить было нужно бы в любом случае. Легко мы делали это по ставке существенно ниже рыночной, 11%. А депозит-то был под 13-15%!

Чистая прибыль составила 302 миллиона. И мы же не в карман их себе положили, а разрешили войти на выполнение обязательств.

Исходя из этого депозиты – это лучшая практика, причем не противоречащая законодательству. Мы, к сожалению, не делали этого раньше. А на данный момент нет и таких удачных ставок. Но однако, в то время, когда средства ожидают расхода семь дней, две либо кроме того пять дней – мы их закидываем на депозит и получаем для Челябинской области, как говорится, из воздуха. Раньше деньги на счету, а сейчас они лежат в банке и трудятся.

Приходит время, мы берем и тратим на запланированные цели.

К слову, Самарская область, как мне известно, каждую ночь и на выходные кладет на депозит всю собственную кассу. И за прошедший год они на этом получили 150 млн рублей. Мы на данный момент об этом также думаем, оцениваем. Но нас останавливает лишь одно: в случае если внезапно в автоматизированной банковской совокупности случится сбой, то в кассе будет ноль рублей, и будем мы сидеть без денег, ожидать, пока банк устранит поломку.

Исходя из этого до тех пор пока по этому пути не идем.

— Готовы ли Вы сделать прогноз на 2017 год?

— Намедни вместе с экономическим блоком и губернатором обсуждали прогноз развития экономики области. По окончании Минэконом еще раз уточнил параметры прогноза, на базе которых сейчас будет закладываться рост в размере 7% по отношению к начальному бюджету 2016 года. Несложно подсчитать, что это более 98 млрд рублей – обращение, напомню, идет как раз о собственных доходах, не учитывая федеральных трансфертов.

— За счет чего будет рост?

— Прежде всего, благодаря тому, что начальный бюджет 2016 года был организован исходя из очень-очень-очень пессимистичного прогноза. Неизменно лучше запланировать, что у тебя будет меньше средств, но будут совсем настоящие затраты. Мы доходы не «рисуем», дабы позже не искать, как выполнить раздутый бюджет.

Имеется у бюджета 2017 года собственные особенности в части взаимоотношений и доходов с Федерацией. Так, у всех регионов на 1% снизили норматив по налогу на прибыль, передав его в бюджет страны. Чуть не сообщил «отобрали», но я против таких слов – все-таки это федеральный налог, не отечественный, исходя из этого – собственный.

Но дали обещание его возвращать, правда, пока остается под вопросом, по какой схеме. А 1% – это ни большое количество ни мало 1 миллиард 380 миллионов лишь по отечественной области. Мы эти доходы кроме того не учитываем в бюджете, по причине того, что в том месте точно будет море условий, при которых эти деньги будут возвращаться.

Мы на эту тему с Министерством финансов дискутируем.

— А не страшно с федералами спорить? Мало ли что…

— Сравнительно не так давно, кстати, был на эту тему комментарий чей-то: дескать, имеется негласное правило – ни при каких обстоятельствах не осуждать федералов. Я таки полагаю, это вывод не совсем еще умелого государственного служащего. Поверьте мне, нужно знать, кого и в то время, когда возможно, а кого и в то время, когда не следует. Вот и все. А Министерство финансов, к примеру, постоянно пытается в соглашении по кредитам прописать множество трудновыполнимых условий. Но мы же не можем с этим дать согласие.

Тем более было поручение примьер-министра РФ Дмитрия Анатольевича Медведева Министерству финансов – исключить избыточные ограничения, закладываемые в соглашениях. И Валентина Ивановна Матвиенко призывала прекратить включать в соглашения с регионами невыполнимые условия. А ведь не выполнить соглашение – значит, деньги вернуть. А вернуть за счет чего? – Побежать в банк и нарастить дорогими кредитами пресловутый гослдолг.

И хуже будет, простите, не только конкретному региону – возрастет неспециализированный долг РФ перед банковской совокупностью.

Вторая из изюминок будущего бюджета – распределение 10% налогов на крепкий алкоголь по новой схеме. Другими словами 40% будут идти по месту производства, а 10% – распределяться в регионы пропорционально количествам розничных продаж

— А ведь рука Челябинской области в данной истории также имеется?

— Кроме того обе! Лишь мы пробовали добиться, дабы все налоги распределялись, исходя из количеств розничной продажи. Сохраняем надежду, эти 10% – не последняя сумма.

Пока же мы неможем просчитать, сколько бюджет возьмёт по данной статье доходов. Пробовали определить эти по региону из ЕГАИС, но Росалкогольрегулирование до тех пор пока их не дает.

И третья особенность – это налоги на нефтепродукты. К сожалению, Федерация готовит трансформации в Бюджетный кодекс, в соответствии с которым норматив отчислений этих налогов в бюджеты субъектов снизится с 88% до 61%. Эти трансформации повлекут понижение количеств дорожного фонда Челябинской области на 2 млрд 477 млн.

Другими словами порядка 2,5 млрд мы недосчитаемся.Но это решение еще не окончательное, по причине того, что идет громадной протест из регионов, и Совет Федерации нас в этом поддерживает. Но пока мы спрогнозировали уменьшение.

Вот эти три момента, каковые мы учитываем при формировании бюджета на 17-й год.

Разговаривала Ольга Бороденок,

фото Вячеслава Шишкоедова

Изъятие Челябинск


Темы которые будут Вам интересны:

Вам понравиться