Сайлент хилл

Сайлент Хилл (2006) / Silent Hill

детектив / приключения / кошмары

Режиссер: Кристоф ГансВ ролях: Счастлива Митчелл, Шон Бин, Лори Холден, Дебора Кара Ангер, Ким Коутс

До сих пор представлялось, что видеоигры и кинофильмы существуют, как запад с востоком, им ни при каких обстоятельствах не сойтись. Фильм в лучшем случае жаловал от щедрот Миллу Йовович либо Дуэйна «Гора» Джонсона в качестве игроков, игра давала схему видеоряда. Но интерес до сих пор съедался чисто функциональным сюжетом. С ним на экране получалась беда.

На «Сайлент Хилле» /Silent Hill/ (2006) собралась сплоченная команда, снимающая, играючи. Беду они развели крепкими руками, так что сейчас мы имеем прецедент не функциональной, а очень актуальной драматургии, воплощенной хоть и по схеме, но со всем визуальным достатком, накопленным в истории кино. «Сайлент Хилл», очевидно – не «Божественная комедия», но для установки людских взаимоотношений между фильмом и игрой это этап. Приводит к серьёзному интересу.

Кадр из фильмаСайлент хилл

Удочеренная девочка, днем – прелесть, ночью – лунатик на грани помешательства (Жоделль Ферланд), доводит приемную маму (Счастлива Митчелл) до рокового визита в шахтерский город-призрак, чье наименование повторяла во сне. В тумане на въезде в город они по вине призрачного прохожего терпят аварию, чуть позднее мама очухивается, но девочка пропала.

Бежит искать, добегает в безлюдном городе до ужасной пропасти, встречает городскую безумного (Дебора Кара Ангер), вычисляющую девочку собственной родной дочерью, после этого все-таки видит девочку, уводящую в чёрный подвал. В подвале внезапно слышна аварийная сирена, совсем темнеет, из углов лезут первые монстры, невинно убиенные младенцы с тлеющими головками. Счастлива Митчелл спасается от них, и на улице опять делается светло.

Но тут ее настигает дама-милицейский (Лори Холден), чей мотоцикл в тумане также потерпел аварию. Полисменша с чего-то уверена, что Счастлива Митчелл сама замучила ребенка, и надевает ей наручники. Начинается второй круг поисков с нашествием монстров и очередной сиреной из подземного ада. Тем временем приемный отец (Шон Бин), физически-психически здоровый и ранее предлагавший сдать ребенка в дурдом, добирается до Сайлент Хилла безаварийно.

На въезде в город его задерживает милицейский костюм, нашедший кинутые джип и мотоцикл, и отец вместе с шерифом (Ким Коутс) также идет искать. У них все реально: шахты рвануло тридцать лет назад, и под почвой до сих пор пожар, а на воздухе – вредные испарения. Но к середине ясно, что не отыщут они ничего и уже ни при каких обстоятельствах.

Кадр из фильма

Все это – еще не сюжет, а только описание уровней, на которых он существует, поскольку режиссер Кристоф Ган отыскал точку отсчета. Он учел, что имеется уровни ада, по которым бродит игрок в «Сайлент Хилл», имеется сами игроки, все они различные, а имеется действительность, в которой они находятся, в случае если скосить глаза от монитора. Состояние «три в одном» Кристоф Ган воплотил на экране в виде мира детских монстров, мира материнской мира и паники мужского рационализма.

Было нужно лишь дать в руки публике соединительную нить, дабы она В первую очередь до конца ее разматывала. Самое увлекательное, как это выяснилось легко. Только очеловечить мотивацию игры, не тупо бороться с монстрами, проходя с первого на девятый либо 666-й круг адских разборок, а разобраться по понятиям, культурненько, перевоплотив классовую борьбу в драму личной мести.

Драма тут же переводит стрелки на собственное состояние.

Каждому из нас с детства имеется, за что мстить, и у Кристофа Гана развязаны руки. Он забрал неспециализированный случай, в «Сайлент Хилле» главная фраза: «В то время, когда тебя так продолжительно мучают, боль и страх становятся неприязнью. А неприязнь меняет мир». Из этого – все «вероятные миры».

Но «так продолжительно мучить» возможно только с эмоцией выполненного долга, с верой в догму как в управление к действию, что в историиимеет вид религиозного фанатизма. Из этого – масса людских подробностей с Апокалипсисом и сектантами. Нужно покопаться, дабы все детально сошлось с мамой, папой и тремя различными ипостасями дочки.

Прохождение уровней лишь усугубляет сложности подоплеки. Так или иначе, месть за тупость трудится, как часы, и идеально объединяет внутренний преисподняя, внешний дурдом и действительность за воротами дурдома. Ты ни на 60 секунд не перестаешь быть и в том месте, и в том месте, и в том месте.

Кадр из фильма

Глобализация неотвратимости – это и имеется сюжет «Сайлент Хилла», на котором садисты возьмут не меньшую дозу ужастика, чем в «Восходе солнца мертвецов» /Dawn of the Dead/ (2004), шизофреники – не меньше мистического тумана, чем в «Вторых» /Others, The/ (2001), а истерики – не меньше психодрамы, чем в «Пауке» /Spider/ (2002). Остальных психопатов посетит чувство не сильный сходства с прошлогодним «Изгоняющий сатану: Начало» /Exorcist: The Beginning/ (2004), но наряду с этим очевидно, что «человеческий» подход "настойчиво попросил" самостоятельности кино, преображения видеоряда Акиры Ямаоки, создателя игры. В «объединительном» сюжете принципиальны «реалистические» кадры, которыми все начинается и заканчивается и каковые благодаря весьма стильному пепельному туману «чистилища» для покойников медлено переходят в компьютерную графику «адских кругов». «Действительность» также актуально делится на «сегодняшнюю», блестящую, и «прошедшую», зернисто-пересвеченную.

Дабы поход за самим собой стал неотвратим для каждого, в преображении нужно учитывать не только иллюстрации Доре к Данте и Малоизвестного – к Достоевскому (Ган упоминает французских сюрреалистов), но всю историю кино, в которой жанр «Ровно в 12 часов дня» /High Noon/ (1952) еще и визуально отличен от жанра «Уродов» /Freaks/ (1932) либо «Инцидента в Окс-Боу» /Ox-Bow Incident, The/ (1943). Нужно в небольших тонкостях учитывать, откуда что берется, дабы тупо снимать всего лишь провинциальный шахтерский город, но катакомбы в нем были масштаба Геенны Огненной, а в ее недрах случайно мелькал животик одного из полчища монстров-жучков, появлявшийся людской зародышем, поскольку глава секты ненавидит сам процесс зачатия. Публика будет запоминать монстров калеках и человекопаукообразных (Тоби Магуайр отдыхает) и спорить про мораль, но для создателей фильма ответственнее, думается, второе.

Кадр из фильма

История кино как портал, проводящий в любой из вероятных миров благодаря сложившейся за сто лет четкой жанровой классификации. Эта классификация на сегодня – сама по себе артефакт, что и фиксирует «Сайлент Хилл», сыгравший ее стройно, как органную музыку. Простое чувство жанра оказывает помощь выжить между компьютером (внутренний мир) и кино (внешний мир) любому, желающему за ворота.

И пускай эмоционально фильм в действительности закрыт – чистая классификация всех оставляет неудовлетворенными, да и по большому счету он не без недочётов. Но сейчас уже артефакты обаятельнее, чем люди. В то время, когда в круге первом Счастлива Митчелл продолжительно бегает с криками «Помогите», замечательно осознавая, что людей рядом нет, глупость мешает идентификации, но личную глупость прощаешь за неспециализированную сознательность.

В то время, когда в церковном финале каждое слово – на вес золота, диалог жидковат: «Она вам лжет. – Нет, я не лгу. – Она вам лжет. – Нет, я не лгу», – но схематизм также прощаешь, поскольку все равно никуда от него не денешься.

А людям сейчас обаяния перепадает, только в то время, когда они не претендуют на место артефакта, не лезут его занять, но почитают за честь влипнуть, как мухи, в паутину контекста. В случае если взглянуть послужные перечни создателей «Сайлент Хилла», фильм обязан кончаться групповым снимком участников съемочной группы: продюсера Самуэля Хадиды, сценариста Роджера Эйвери, режиссера Кристофа Гана, оператора Дэна Лостена, художницы Кэрол Шпир, компьютерщика Патрика Татопулоса.

Темы которые будут Вам интересны:

Вам понравиться