Царь

царь

1565-ый год от Рождества и, он же, 18-ый правления царя Ивана Четвёртого (прозванного в народе Суровым) ознаменовался введением опричнины, особой карательной работы его величества по типу НКВД.

В стране в те годы, как, фактически, и неизменно, было тревожно. Шла долгая Ливонская война за выход к Балтийскому морю. Шла уже седьмой год.

Русь охватили смута и голод. Любую неудачу на фронте Иван IV списывал на неприятелей: воров, изменников, смутьянов, и при помощи опричников нещадно с ними расправлялся. Разливались реки крови, в основном невинной.

Возмущённый произволом и беззаконием власти уходит со собственного поста митрополит Афанасий. И царь призывает в столицу приятеля детства игумена Филиппа Колычева. По окончании продолжительных уговоров Филипп соглашается занять освободившееся кресло.

Он хочет образумить правителя, остановить тщетную резню. Но какое в том месте…

“Царя” делал Павел Лунгин, что уже завлекало внимание. Игрался Петр Мамонов… “Остров” вознёс эту парочку, сделал неразлучной. И породил завышенные ожидания.

Не смотря на то, что, из-за чего завышенные? Смогут так как, могут. И тут они попытались. Но итог…

В случае если одному хочется хлопать в ладоши, то по поводу другого – недоумённо пожать плечами. Второй – это Лунгин. Нет снимать он не разучился. И претензии вовсе не к картине.

В том месте, как неизменно – блеск и шик. Костюмы, декорации, грим – комар носа не подточит. И операторская работа на уровне. Но вот за ними практически ничего. Вы сообщите – а разве всего перечисленного мало?

И мой ответ будет хорошим.

“Царь” не тянет сюжетно. Всякое воздействие в фильме неизбежно сводится к одному: террору и подозрениям. Бессчётные вариации происходящего картины не меняют – всё достаточно поверхностно и однообразно. Робкие признания “неприятелей”, раскаяние Ивана и мимолётные сомнения в содеянном, ожесточённые пытки, казни…

Попытки придать ленте солидности и пара разнообразить её разделением на как бы этапы (“Молитва царя”, “Война царя”, “Бешенство царя”, “Веселье царя”) принципиально ничего не меняют. Новизна, позванная введением подтемы, неспешно проходит, и весьма не так долго осталось ждать всё поднимается на круги собственная.

“Царя” наблюдаешь без напряжения и каких-то чувств. Кроме того смерть ребёнка не вызывает ни отклика, ни сочувствия. Безразличие в этом случае легко объяснимо.

Так как и манера и сценарий съёмок имеют очевидный попсовый оттенок, то бишь черты развлекательного кино.

Никакой особой драмы не отмечается. Произвол, бесправие, во-первых, ожидаемы, во-вторых, обезличены. Жертвы появляются, вяло каются и гибнут.

А ты кроме того до конца и не осознаёшь, что к чему. В то время, когда же, наконец, разберёшься, появится второе чувство. Ты почувствуешь, что привык к трупам и смертям.

Их счёт идёт на много, тысячи… Конвейер, поток, что стачивает углы, притупляет эмоции.

Ну и некое недоверие, как ещё один ограничивающий элемент. Причём не то, которое отмечают многие опытные критики. Обращение не об исторической достоверности, её наличии либо отсутствии.

Я – не приверженец скрупулёзных поисков и разборов исторических подробностей, мне это не требуется. Меня замеченное или устраивает, думается убедительным, или нет. Тут – где-то наполовину.

Причём особенных расхождений со своим, полуофициальным, источником информации, я не улавливаю. Но среди историков мнения разделились, от полного неприятия, до сдержанного одобрения.

Что до меня… Я не верю отдельным фрагментам (наподобие вопрошания царя: “Где же мой народ?”), героям и личностям. По большому счету, скептически отношусь к фигурам Башарова, Безрукова либо Домогарова. Без особенных обстоятельств, чисто интуитивно.

Считаю, что последний был в “Царе” чем-то наподобие мебели.

Он, Охлобыстин, девочка-сирота и, в особенности, царица в исполнении Рамили Искандер и имеется тот элемент попсы, что бросает тень на целый фильм. Вот им почему-то не верю. Они превращают съёмочную площадку в балаган, а это не идёт картине на пользу.

Но главные храбрецы сыграны великолепно. Последняя роль Олега Янковского запомнилась. Но кроме того она меркнет на фоне Петра Мамонова, бывшего музыканта, актёра от Всевышнего.

Его Иван Грозный – это что-то немыслимое. Совсем блестящее, необычное и необычное. Мамонов играется гениально, и лишь из-за него одного и стоит наблюдать “Царя”.

Тот очень редкий случай, в то время, когда и один в поле солдат.

Царь


Темы которые будут Вам интересны:

Вам понравиться