Игла престолов

игла

Фото: Рейтерс/Denis Balibouse

Во второй половине 40-ых годов XX века в Нью-Джерси появился славный бутуз, чья лицо через пять десятилетий стала одним из самых узнаваемых писательских лиц планеты. А американский издание Time включил его в сотню самых влиятельных людей мира.

Говорим мы о Джордже Рэймонде Ричарде Мартине, колоритно бородатом, пышном и улыбчивом очкарике в неизменной фирменной фуражке. Мастере-новеллисте, для которого фэнтезийная людская судьба, как окажется, не следует и выеденного яблочного пирога.  

Папа Мартина, полугрек-полуитальянец, трудился докером в порту. Мать — из широкой и зажиточной ирландской семьи. Джорджу они подарили еще парочку младших сестер.

Создатели Игры престолов заявили о завершении съемок сериала

С младых ногтей отечественный крепыш: а) весьма обожал просматривать; б) проявлял недюжинную коммерческую жилку. И, как следствие, жадно поглощая кубометры книжек (Толкин, Говард, Лавкрафт — перечень более чем очевиден) и комиксов, еще школьником принялся придумывать и записывать истории, после этого реализовывая (!) их приятелям и одноклассникам. Большинство выручки спускалась в кондитерской.      

В родном городе Бейонне (ничем не примечательный населенный пункт на 60 тысяч обитателей, где Мартин — до сих пор основное достижение, не смотря на то, что он в далеком прошлом уже оттуда уехал) закончил старшую школу. За ней — университет в Эванстоне, в Иллинойсе (магистр и бакалавр журналистики). В первой половине 70-ых годов двадцатого века не самый распоследний жанровый издание Galaxy Science Fiction публикует его первый рассказ Храбрец.

В 1974-м выходит первая повесть Песнь о Лии — ксенофантастика про инопланетный культ огромных мозговых слизней-паразитов, под извращенное обаяние которого попадают земные колонисты. 1977-й — первый роман, Умирающий свет, безрадостная лирическая многоходовка в антураже гибнущего мира.

Несмотря на уважение и престижные премии, которыми Мартина наградили фактически сходу, литература какое-то время не была для него главным. Перебравшись в восьмидесятые в Голливуд, он в полной мере преуспевал в том месте как сценарист, продюсер и редактор (Сумеречная территория, За гранью вероятного, сериал с Роном Перлманом и Линдой Гамильтон чудовище и Красавица). Больше сообщить: о фэнтези как о жанре, скоро утопившем его в золоте, уважая, само собой разумеется, Толкина, Джордж, в целом, отзывался пара через губу.

Отмечая, что в случае если какую-то литературу и возможно назвать несерьезной, то это фэнтези.

В Москве пройдет праздник живота по рецептам Игры престолов

Но люди, к счастью, растут (среди них и над собой), взоры их изменяются, мутируют. В девяностых Мартин ознакомился с эпическим циклом Тэда Уильямса Память, Торн и Скорбь, изучил поплотнее творческое наследие Джэка Вэнса, и сообщил себе: Опаньки!..

Как информируют жизнеописатели, за стартовую книгу из Пламени и Песни Льда Джордж Рэймонд Ричард Мартин засел еще в первой половине 90-ых годов двадцатого века. И труд двигался не заявить, что оперативно: новые главы выходили из-под пера урывками, потому, что солидную часть времени отнимала работа для телевидения. В следствии Игра престолов была опубликована лишь в 1996-м… 

Итого: премия Локус за лучший фэнтези-роман, номинация на Небьюла и Глобальную премию фэнтези, премия Хьюго, тираж — свыше миллиона, а как дело дошло до экранизации — первое место в перечне бестселлеров The New York Times.

Но не следует думать, что с адаптацией все было легко и гладко: телевизионщики годами осаждали Мартина с предложениями начать экранизировать цикл. Мартин от них отмахивался, как будто бы те были жужжащие мухи. Сам съевший на ТВ собаку размером, как минимум, с пуделя, он замечательно был в курсе тамошней кухни. Исходя из этого брезговал, в то время, когда его либо не устраивал позорный бюджет, либо наглые требования что-то уменьшать.

Создатель не шел в глухой отказ — это принципиально важно отметить, создатель хороших. В частности: Дэвида Бениоффа и Дэна Уайсса (слава им!). Каковые, пыша энтузиазмом через край, заверили демиурга, что не станут стыдливо закрывать царящий в оригинале сцены и брутализм живодерства. Сделаем все по букве!, — сообщили Бениофф и Уайсс, сладко радуясь…

Понимаете, какой наилюбимейший момент Мартина в первом сезоне? Тот, где кхал Дрого разрывает горло Маго. А не забывайте ее в оригинале?

Вряд ли. В книге этого нет. Все — полностью на совести шоураннеров.

  Мои парни!, — решил Джордж, сделав пухлой ручкой предстоящую отмашку. И ни разу с того времени не совершил ошибку.

За шесть лет на экранах Игра престолов стала в случае если и не полностью неповторимым, то достаточно редкостным в истории телевидения явлением, интерес к которому не только не ослабевает от сезона к сезону (чем безнравственны 90% шоу), а наоборот — только возрастает, рекрутируя все новых и новых фанатов. Кроме того тех, кто изначально плевать желал и на фэнтези в частности, и на телесериалы, на этих пожирателей времени, Игра подсаживает на собственную иглу хорошо, не давая продыхнуть, не церемонясь, не миндальничая, выкорчевывая — хорошо б второстепенных героев и статистов! — не моргнув, осевых персонажей в темпе ломтевоза. Кишки, обнаженка, дикие интриги, ужасные предательства, цинизм, грязь, каннибализм, дети и содомия-убийцы под сопровождение запаха паленой плоти.

Сумерки Европы не помешают новым сезонам Игры престолов

Игра не держит зрителя за дурака и не экономит ни на чем: ни на деньгах, ни на чувствах, берет за грудки и бьет по лицу наотмашь. А следом валит в вонючую грязь и пинает ногами. 

Красная свадьба! Красная свадьба! О, Боже! Что за бойня!?

Как он имел возможность?!, — верещали фанаты, закатывая глаза под лоб и плодя фотожабы гигабайтами. Что возможно страшнее?!, — причитали фанаты, выкатывая глаза обратно и делая еще несколько сотен жаб. Тематические форумы трещали по швам. Юзеры, холодея, рассуждали о беспрецедентном уровне жестокости…   

26 июня канал НВО величественно, плотоядно оскалясь, закончил шестой сезон собственного очаровательного флагманского сериала, под финал вскользь зажарив заживо еще как минимум четверть главных героев. Тех же, кто избежал адского барбекю-геноцида, в промежутках лишил судьбе вторыми методами. А по окончании поднял жупелы бойцовского феминизма, возведя на вершину разом двух королев, с которыми и помаршировал в седьмой сезон.

Где, по всем показателям, и произойдёт уж окончательный мрак пандемония и средневекового мора. Как вы понимаете, первые шесть (сезонов) так или иначе, худо-бедно, но берегли приверженность корням, основываясь на книгах Мартина. Сперва — уже готовых, дальше — черновиках все еще никак не поддающихся завершению (пресловутых) Ветров зимы.

Сейчас книги кончились, и Бениофф и Уайсс дорвались, наверное, по-настоящему: на данный момент их сумрачный гений выходит за все рамки и пускается в вольное штормовое плаванье под девятый вал, очерченный лишь теми персонажами, которых еще не успели разрешить войти на корм рыбам, сакральные запеканки и мясные пироги.

Начался поиск актеров для седьмого сезона Игры престолов

И не смотря на то, что Мартин несколько лет назад сулил, что сага закончится не всепоглощающим апокалипсисом, а успехом условного хороша, имеющего горько-сладкий привкус, по окончании того, что мы уже заметили, на ум приходит только сочетание слов пиррова победа — скромный одинокий подснежник, пробивающейся через кровавый наст давешнего поля битвы за Винтерфелл, припорошенный пеплом септы Бейлора.

ИГЛА ПРЕСТОЛОВ — смешной перевод — КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ! (Котозвучка)


Темы которые будут Вам интересны:

Вам понравиться