Погружение в мир смерти. рецензия на фильм чужой: завет

Погружение в мир смерти. рецензия на фильм чужой: завет

На протяжении обследования удаленной планеты, расположенной на другой стороне галактики, экипаж колониального корабля «Завет» обнаруживает, что то, что они изначально приняли за неизведанный эдем, в действительности — чёрный и страшный мир. Его единственный обитатель — синтетический андроид Дэвид, оставшийся в живых по окончании обреченной экспедиционной миссии «Прометей».

2 года работы. 74 дня съемки. 111 миллионов американских долларов, заложенных в бюджет.

Грандиозная рекламная компания, пара месяцев публиковавшая в сети трейлеры, фичуретки, дополнительные материалы — и, как следствие, зашкаливающее внимание прессы, фанатов франшизы и всех тех, кто случайно попал под шквальный пламя хайпа. Пожалуй, возможно с уверенностью заявить, что Чужой: Завет (Alien: Covenant) — один из самых дорогих и амбициозных фильмов последнего времени и 2017-го года в частности, напрямую связанных с жанром хоррора.

Ожидания громадны еще и вследствие того что господин Ридли Скотт объявил, что новая картина будет ближе к уникальным работам франшизы, чем прошлая ксеноморфная лента, Прометей.Сокровенное Alien наконец-то попало в заголовок фильма, дабы в этом случае никто не остался сконфуженным — обращение отправится как раз о них.

Итак, приятели, держитесь крепче. Сейчас Территория кошмаров наблюдает Чужой: Завет!

Сразу же хочется сообщить о многих вещах. Но начать, пожалуй, стоит с того, что Чужой: Завет — вторая часть запланированной трилогии не просто о чужих, а о мире будущего, в котором сплелось очень многое: раса прото-существ Инженеров, их генетические опыты, закончившиеся возникновением ужасного оружия — ксеноморфов, человечество, колонизирующее планеты… желаем мы этого либо нет, но создателями придумана новая вселенная, где чужие играются лишь одну из ролей.

Оттого и непрекращающийся спор между фанатами серии: как же ко всему этому относиться? Кто-то очертя голову принимает новшества и ожидает рассказ об Инженерах, кто-то плюется, трясет кулаком и вопиет о том, что в фильме про ксеноморфов не должно быть ничего, не считая ксеноморфов.

Ну, разве что не считая очередного клона Сигурни Уивер.

Так вот, поздравляю приверженцев обоих лагерей — Чужой: Завет даст по зубам каждому, по причине того, что это лента ни для тех, ни для других.

Но, на мой взор, как раз на данный момент вырисовывается назначение всех трех фильмов, и появляется ответ на основной вопрос — а для чего Ридли под старость лет захотел возвратиться во франшизу? И ответ, как ни необычно, несложен до безобразия: это грандиозная отчетная работа гениального мастера, вобравшая в себя мотивы всех его фантастических фильмов, и объединившая их в эпичную историю, где найдется место философии, размышлениям о будущем людей и всего того, что человек сотворил и взял в наследство от Земли и других планет.

Недавно мы радовались потрясающему постеру, выполненному в технике картин Ренессанса, но, возможно, никому и в голову не приходило, что это прямая подводка к центральной теме картины. Быть может, для вас будет новостью, но начальное наименование проекта звучало по-второму — Alien: Paradise Lost, и являлось отсылкой к известной поэме Джона Мильтона Потерянный эдем.

В фильме кроме того имеется парафраз известной строчек произведения: better to reign in Hell than serve in Heaven (лучше править в Аду, чем прислуживать в Раю), и сквозным лейтмотивом выясняется противостояние их творений и творцов. Думаю, не проспойлерю, в случае если сообщу, что в этом случае это андроидов и отношения людей, и в каком-то замысле перед нами продолжение мотивов другого культового фильма Ридли Скотта, Бегущий по лезвию. Тренированный глаз увидит общее между андроидами и репликантами, а тренированное ухо услышит реплики, звучавшие из уст Рутгера Хауэра и его компании.

И вот данный режиссерский движение конем чертовски ошарашивает при просмотре, по причине того, что Чужие постоянно ассоциировались с другой темой, социальной — противостоянием несложных хищных корпораций и наёмников, подставляющих народ направо и налево, для получения заветной зверушки для армейских целей.

Из этого вопрос — так что же, линия забери, с ксеноморфами?

Смею убедить вас, с ксеноморфами тут все в порядке. Кроме того больше — перед нами самый кровавый и ожесточённый фильм франшизы, а департаменту по работе с зрительными эффектами возможно смело пожать руки в полном составе. Картина объединяет в себе ветхую школу sci-fi вместе с ее с декорациями, кучей и костюмами реквизита, и современное поколение CGI-графики, создавая что-то совсем потрясающее — сцены, кипящие точным экшеном и наряду с этим наполненные саспенсом.

Референсы в сторону уникального Чужого кроме этого не подкачали. Мы заметим все хорошие сцены, от стекающей по родному личику воды, до битвы в шлюзе космического корабля. Кстати, это первая лента серии, где появляется… самоирония.

Думаю, сердце каждого фаната прикоснётся сцена с сидящем в яйце лицехватом, да и то, как она обставлена тут контекстуально.

Воздух кроме этого напоминает о ветхих хороших временах фантастического кинематографа, блистая перед глазами прекрасными натуральными сценами, снятыми в лесах Новой Зеландии, хорошими декорациями межпланетного судна и потрясающими эпизодами космоса, в которых угадывается опыт, привнесенный в творчество режиссера лентой Марсианин.

Что касается актерской игры, то Чужой: Завет — это броский перфоманс одного человека, Майкла Фассбендера. Он играется двух совсем различных, но одинаково выглядящих андроидов, и перед ним была поставлена непростая задача: вжиться в роль автомобилей с некими или зачатками человечности, или качествами, напоминающими человеческие. Наряду с этим минимум чувств на лице. То, как он справился, внушает уважение и трепет перед мастерством этого человека.

При всей развлекательности картины, она не теряет в сложности и драматичности, и время от времени забегает на территорию театральной постановки, наполненной действиями и комплексными диалогами.

Кроме этого необходимо подчеркнуть работу Кэтрин Уотерстон — в ее героине проскальзывает все, что нам нравилось в Сигурни Уивер. Все-таки имеется что-то особое в факте, что по зубам ксеноморфы приобретают как раз от женских рук, и данный атрибут франшизы подчеркнут тут хорошо. Крепкую несколько девушке составил комик Дэнни МакБрайд, чья роль — эдакий ностальгический кивок в сторону уникального Чужого, где храбрецами были простые работяги с грузового судна.

Его персонаж Тэннесси превосходно бы вписался в команду Ностромо.

Но все вышеперечисленное, к сожалению, не дает ответ на ответственный вопрос: что это за фильм, и кому он может понравиться? Это вправду так. Чужой: Завет оставляет чувство весьма интимной работы, которая очень вольно обращается с канонами мира чужих, и в каждой ее сцене сквозит одинаковая идея — это мир Ридли Скотта, и он будет делать с ним все, что захочет.

Он предложит нам завораживающее противостояние и зальет кровью экраны кинотеатров, но же он привнесет в ленту множество чуждых идей и совсем по-второму расставит выговоры в привычном мире.

К недочётам сюжета возможно отнести панибратское отношение к самой науке — необычно, что высококвалифицированный экипаж гуляет по незнакомой планете чуть ли не в домашней одежде, не смотря на то, что по идее только бог ведает на что способны какие-нибудь местные мухи. В итоге, любой незнакомый мир — это мир смерти — не логичней ли экспериментировать с подопытными животными и планетоходами? Но так как тогда не будет кина, а мы пришли взглянуть историю про вот тех самых, каковые прыг из яйца.

В остальном же, перед нами хороший sci-fi матерого режиссера, что возьмёт множество как хороших, так и отрицательных рецензий, по причине того, что есть вольной работой и во многом противоречит зрительским ожиданиям.

Что же, тем увлекательнее сходить на него в кино и составить собственное вывод, правильно?

Вердикт: 8 баллов из 10, крепкий фантастический хоррор с обилием гуро и саспенса, атмосферный, наполненный высококлассными эффектами. К просмотру рекомендуется.

ЧУЖОЙ: ЗАВЕТ – ОТЛИЧНОЕ УМНОЕ КИНО? (обзор фильма)


Темы которые будут Вам интересны:

Вам понравиться