Замёрзшие

замерзнуть

В сорокоградусную жару само слово “Замёрзшие” звучит как-то особенно привлекательно. Ну а фильм с таким заглавием так и просится в руки. И как такое не взять?

Какой-то лыжный курорт. Канатно-кресельная дорога медлительно ползёт в гору. Пробивающиеся из-за туч солнечные лучи мягко щекочут веки; коснувшись неба, поблёскивают одетые в снежные шапки вершины, под ногами раскинулись дерева.

Красота!

Джо Линч, Дэн Уокер и Паркер О’Нилл прибыли ко мне на уик-энд с громадными ожиданиям. Но видно второпях забыли кредитки. Наличных хватило только на подкуп вахтёра. На автостраду они попали лишь к середине дня. Паркер падала практически на каждом метре, и Джо пожалел, что её пригласили.

Не смотря на то, что, как не пригласить девушку лучшего приятеля?

Смеркалось. Народ медлительно стекался к номерам, автострада пустела. Джо, Дэн и Паркер решились на прощальный прокат. К пропускному пункту они подошли на флажке.

Приближалась буря, охранник спешил и, пропуская друзей, заметно нервничал. Как выяснилось – не напрасно.

Разборка с главой, срыв, бурный уход, и ничего не подозревающий шеф выключает подъёмник. А два парня и женщина в страхе и полном недоумении зависают в большом отдалении от вершины.

в первых рядах морозная ночь с метелью, пара десятков метров до почвы и никого около. Кэмпинг опустел до следующего уик-энда. Про них забыли.

Соответственно – никакой надежды. Ну, разве что на чудо.

Фильм крепкого середнячка Адама Грина (все его картины, мне, кстати, доселе незнакомые, по оценками вписываются в достаточно узкий промежуток от 5,8 до 7,0) стилистически напомнил мне психотерапевтические триллеры Дина Кунца, где храбрецы с очень сильно ограниченными свойствами либо возможностями пробуют бороться с ужасной действительностью. Тут практически то же самое. Закрытые на высоте без шансов на спасение храбрецы сражаются. С собой, обстоятельствами и страхом.

Каковые складываются не лучшим образом.

Наблюдать такое кино не то, дабы тяжело. Легко имеется определённая специфика, которая связана с ограничениями. По месту, движению и координатам.

90 процентов времени нам показывают три смежных кресла и пристёгнутых к ним людей. Показывают с расстояний и разных ракурсов. Но однообразие имеет место, и от этого некуда не убежать. Заслуга режиссёра-сценариста (тут он в одном лице), если она имеется – в его преодолении.

Другими словами в придумывании сюжетных ходов, разрешающих забыть о нудности съёмки.

В общем и целом Грину это удаётся. Пара утомляет нытьё и беседы за судьбу, но то неотъемлемый атрибут любой драмы. А “Замёрзшие” – без сомнений, драма. С элементами ужасти